Грозовой перевалГРОЗОВОЙ ПЕРЕВАЛ
(«Wuthering Heights», Великобритания, 2011)
Режиссёр: Андреа Арнольд.
В ролях: Джеймс Хаусон, Кайа Скоделарио, Пол Хилтон, Джеймс Норткот, Симона Джексон, Никола Барли, Оливер Милберн, Эми Рен, Стив Иветс, Пол Мёрфи, Соломон Глейв, Шеннон Бир.
Жанр: драма.

Мистер Эрншо, землевладелец с холмов Йоркшира, во время визита в Ливерпуль находит на улице бездомного чернокожего парнишку. Он решает приютить его в своём доме, среди глухих торфяных болот, где мальчик впервые встречает дочь хозяина - Кэти. Так начинается исполненная страсти история Хитклиффа и Кэти - одна из самых известных историй любви в истории человечества…

Роман «Грозовой перевал», датируемый 1847 годом, - единственный роман поэтессы Эмили Бронте и самое известное её произведение. Книга впервые была экранизирована ещё в эпоху немого кино (1920), с тех пор последовало полтора десятка её экранных версий, а среди актёров, сыгравших Хитклиффа - Лоуренс Оливье, Тимоти Далтон и Рэйф Файнс. История, рассказанная Бронте, нередко вызывала у режиссёров желание интерпретировать её по-новому. В 1954 году Луис Бунюэль окрестил экранизацию «Безднами страсти» и снял её в католической Мексике, перенеся туда же и действие романа. В 1996 году Клифф Ричард переложил роман на музыку, поставил на сцене и сам взялся играть Хитклиффа. В 2003 году телеканал MTV отправил героев «Грозового перевала» в современную Калифорнию.

Последний на сегодняшний день «Грозовой перевал» вызревал уже очень давно. О начале съёмок фильма впервые объявили в апреле 2008 года. На роль главной героини, Кэтрин Эрншо, изначально планировали взять Натали Портман, но она покинула проект уже в мае. В том же месяце режиссёр картины Джон Мэйбери выбрал Майкла Фассбендера для роли Хитклиффа и Эбби Корниш для роли Кэтрин, однако неожиданно сменился сам режиссёр картины - им стал Питер Уэббер. На главные роли он выбрал другую пару - Эда Вествика и Джемму Артертон. Затем снова сменился режиссёр - Уэббер покинул проект в декабре 2009, а в начале 2010-го ставить фильм согласилась Андреа Арнольд.

Режиссёр из Великобритании Андреа Арнольд (1961 г. р.) до своего полнометражного дебюта работала на ТВ, писала сценарии для сериалов, сняла три короткометражки. Фильм «Молоко» был отобран для участия в «Неделе кинокритики» в Каннах в 1988-м году, «Пёс» получил награду «Джеймсон» 2003-го года, а «Оса» была удостоена 38 международных призов, среди которых премия «Оскар» за лучший короткометражный фильм в 2005-м году.  «Красная дорога», дебют Арнольд в полном метре, получил приз жюри МКФ в Канне в 2006-м году, награду Карла Формена на церемонии вручения премий Британской академии, и приз Сазерленда на МКФ в Лондоне 2006-го года. Её второй художественный фильм – «Аквариум» - был награждён призом жюри на МКФ в Канне в 2009-м году.

Арнольд, перечитав книгу Бронте, обнаружила, что больше всего её занимает не история любви, а Хитклифф: «Мне захотелось снять фильм о нём». Хитклифф был представлен Бронте «темнокожим цыганом» или «испанским отверженцем». Режиссёр объявила прослушивание, в котором главными требованиями для йоркширских актёров стали: возраст от 16 до 21 года и национальная принадлежность к странам Индии, Пакистана, Бангладеш или Ближнего Востока. Есть сведения, что Андреа Арнольд даже специально гуляла по улицам Лидса в поисках молодого человека, подходящего под её представления Хитклиффа. Непрофессиональный актёр Джеймс Хаусон, получивший эту роль после официально объявленных кинопроб, на вопрос, что для него значила эта роль, ответил: «Эта работа сама нашла меня - в центре занятости люди говорили, что у меня актёрская внешность. Терять мне было, в общем-то, нечего». Решение Андреа взять на роль взрослого Хитклифа темнокожего актёра оказалось чуть ли не самым оригинальным за всю историю кино.

На роль Кэти в этом проекте прочили таких актрис, как Джессика Альба, Линдсей Лохан, Кира Найтли, Натали Портман, Эбби Корниш и Джемма Артертон, но режиссёр фильма Андреа Арнольд объявила, что звёзд на эту роль брать не планирует и ищет малоизвестную актрису. В результате была утверждена 18-летняя Кая Скоделарио. Британские зрители знают её по роли в телесериале «Молокососы». Также она играла дочь героя Сэма Рокуэлла в фильме «Луна 2112», и сыграла в недавно вышедшей на экраны «Битве титанов».

Снимали «Грозовой перевал» в Северном Йоркшире, на родине Эмили Бронте.

Фильм был удостоен приза «Osella» за лучшую операторскую работу (Робби Райанс) на МКФ в Венеции-2011, приза за лучшую операторскую работу на МКФ в Вальядолиде-2011, а также за «Грозовой перевал» Робби Райан по итогам 19-го Международного кинофестиваля операторского искусства «PLUS Camerimage» завоевал третий по значимости приз - «Бронзовую жабу».


АНДРЕА АРНОЛЬД:
«Меня давно волновала книга, я её несколько раз перечитывала и мечтала сделать фильм, потому что хотела разобраться в Хитклиффе - он стал таким, каким стал, в силу собственной природы или из-за пройденных испытаний? Когда… проект предложили мне, я за него схватилась, хотя поначалу не очень понимала, что и как делать».
«Грозовой перевал» никому толком не удалось расшифровать. В этой книге есть всё - готика, феминизм, социализм, садомазохизм, фрейдизм, инцест, насилие… Я выяснила, что Эмили Бронте вообще не собиралась её публиковать или даже показывать кому-либо рукопись. Выходит, она писала совершенно свободно, никак себя не сдерживая и ничего не вычищая, так что в тексте осталось множество странных, подсознательных вещей, которые путают читателей. Я сама никаких толкований давать не хочу - мне нужно, чтобы зритель втянулся в фильм и начал сам прикладывать к нему мыслительные усилия. И вообще, ненавижу дотошный анализ, расчленяющий фильм на части: если бы я хотела сделать картину, где всё ясно, я бы сделала её иначе. По-моему, в кино должна быть определенная тайна. Человек, приходящий в зал, должен вступать в какие-то отношения с тем, что он смотрит. Точно зная, каковы были намерения режиссёра и что он хотел сказать, ты лишаешь себя большей части удовольствия. Так что я оказываю зрителям большую услугу, отказываясь объяснять всё до конца. Ну и заодно не втягиваю людей в свои личные проблемы».
«Я очень хочу воздать должное роману Бронте. «Грозовой перевал» - холодная, мрачная и суровая книга, и я хотела соответствовать её настроениям. Я принимала решения, казавшиеся мне правильными в рамках реальной атмосферы книги».
«Требовалось, чтобы в кадре все вели себя естественно. Собаки, например. Между прочим, найти собак, которые вели бы себя, как собаки, оказалось очень сложно. Если собака учёная, она будет просто сидеть, как истукан. И актёры у меня тоже неопытные… Люди, с которыми я работаю, хорошо знают, что мне нужно, и выискивают подходящие лица прямо на улицах. В «Грозовом перевале» непрофессионалов было много. Метод работы с ними простой: я очень подробно объясняю, чего хочу добиться, но оставляю им полную свободу действия. Удивительным образом, люди, которые даже не подозревали в себе таких способностей, вдруг начинают отлично что-то изображать - и ведут себя совершенно естественно, не задумываясь о том, как они выглядят. Полагаю, в итоге это дает фильму правдоподобие, подлинность. Профессионал же в силу выучки задумывается постоянно».
«Мои персонажи живут в глуши, природа - часть их жизни, и её очень удобно было использовать как метафору происходящего с героями, в этом в значительной  степени и состояла притягательность всей истории. Кадры с божьими коровками, осами и мотыльками - мои самые любимые; я вообще готова по два часа наблюдать за одним деревом. Сейчас всё так быстро мелькает - я пытаюсь этому как-то противостоять. Надо понимать, что все сцены с насекомыми и зайцами я изначально вписывала в сценарий. Конечно, мы не ловили жуков заранее, чтобы в нужный момент выпустить их из коробочки, но всякий раз, как кто-нибудь пролетал или проползал, я кричала оператору: «Робби! Жук! Робби! Бабочка!».
«Терпеть не могу штативов, а от движения стедикама по рельсам меня вообще тошнит. Камера должна быстро обращаться туда, где прополз крот или полетел мотылёк, следить за актёрами, которым я даю абсолютную свободу перемещения. При этом мы с моим оператором помешаны на плёнке, я обожаю рассматривать катушки: каждый засвеченный хвостик - отдельное произведение искусства. И стараюсь снимать в формате 4 на 3 - чтобы не обрезать негативы. У меня мания необрезанных негативов - они же выглядят как полароидные снимки. И страсть к размытым краям - как у Тарковского в «Сталкере». В природе ведь нет ровных линий; невозможно снимать столько натуры, а потом обрезать её ровно по краям».
«Каждый фильм - это словно путешествие, и нынешнее путешествие выдалось более чем долгим. Это был трудный фильм во многих аспектах. Иногда возникало ощущение, будто на нём лежит какое-то проклятие».


ПРЕССА:

«Грозовой перевал» уже породил целую антологию экранных версий в кино и на телевидении. У Андреа Арнольд не было другого варианта, кроме как уйти ото всех канонов и делать своё кино без оглядки на предшественников. Режиссёр решительно отсекла вторую половину «Грозового перевала» с его принципом зеркальных отражений и примиряющим финалом, где прослеживаются судьбы детей главных героев, несущих на себе родовое проклятие. И сосредоточилась на первой половине - на безумной, безнадёжной, мучительной и неосуществлённой страсти Хитклиффа и Кэтрин, которую в своё время называли «местью Любви ХIХ веку»… Поистине в этом брутальном и мятежном «Грозовом перевале» сверкают молнии судьбы, и кто скажет, что эта трактовка далека от романтического мира Эмили Бронте? Возбуждающая сила этого мира - в том, что он уводит читателя в мифологический космос, но в то же время заставляет чувствовать под ногами твердь схваченной морозом земли, слышать шум ветра в мрачных вересковых пустошах, лай собак, свист бури, рвущейся в окно. Арнольд отказалась от традиционной в таких случай «романтической» музыки и сполна воспользовалась возможностями кинематографа, чтобы перевести прозу в разряд поэзии… Получилась визуальная поэма с мощным монтажным саспенсом и пронизывающим её грозовым электричеством. Это странное кино. Иногда кажется, что психологии и социальных примет времени в нём недостаточно, чтобы прочитывался сюжет романа. И не ищите их в этом фильме. Версия Арнольд хороша тем, что в ней есть. А чего нет - что ж, есть первоисточник, есть другие экранизации» (Андрей Плахов, «Коммерсантъ Weekend»).

«Масштабная история любви лишена здесь присущих своей эпохе изяществ и красот, а также как такового саундтрека, и вынесена на суд зрителя со всей грубостью и цинизмом, словно захлебываясь собственной слюной. Сценарий приправлен солеными ругательствами, в сюжете находится достаточно места для обнажённого тела, а также сцены животного, ничуть не романтизированного секса. Хитклифф, байронический герой английского романтизма, и вовсе чёрный… Арнольд грубо и натуралистично адаптирует книгу с помощью ручной камеры, cгущая краски и уделяя особое внимание деталям. После предпоказа критики выстроились в очередь, чтобы высказать своё почтение столь неприкрытому пренебрежению канонами традиционной костюмной драмы» (Ксэн Брукс, «The Guardian»).

«Оригинальный взгляд, необычный кастинг, академический формат изображения, изумительная операторская работа и громкое «бу» после пресс-показа - вот что такое новый «Грозовой перевал». Ценителям книги лучше воздержаться от просмотра в том случае, если они не готовы к тому, что экранизация - это вовсе не обязательное следование духу и букве. Арнольд берёт классику английской литературы и смотрит на неё абсолютно новым и свежим взглядом, погружая зрителя в самую гущу событий. Весь фильм зритель видит исключительно от лица Хитклиффа, поэтому многие детали будут упущены. Арнольд акцентировала сюжет на болезненной зависимости Хитклиффа от Кэти, взяла ручную камеру и отправилась в вересковые пустоши, где сняла невероятной красоты кино» (Татьяна Шорохова, КиноПоиск.ru).

«Это не вылизанное и аккуратное костюмное кино про любовь, какими были «Грозовые перевалы» с Лоуренсом Оливье, Тимоти Далтоном или Рэйфом Файнсом, а дикое, мрачное, энергичное и при этом аутичное зрелище: почти reality-show, репортаж с места событий. Возможно, Арнольд всё выдумала и герои Бронте жили в более уютном мире, знакомом нам по классическим иллюстрациям XIX века, но эта вселенная куда убедительнее. Люди тут - часть ландшафта, причём едва заметная, как на пейзажах Тернера; птицы или мотыльки, на которых так часто останавливается камера, не декоративные элементы, а угрожающие посланцы иного мира, куда вот-вот утащат за собой жалких смертных» (Антон Долин, Газета.ru).

«Если классические экранизации предпочитали парить над вересковыми пустошами, пытаясь зафиксировать неброскую красоту пейзажа как романтический образ, то последовательница сердитых британских соцреалистов Арнольд, наоборот, резко пикирует на землю, как юный натуралист, отправившийся в поле с увеличительным стеклом. Красота - в птичьих косточках, лошадиных глазах, складках на платье и волосах, истерично бьющихся на ветру. В расфокусе и простоте стираются любые границы, включая границы тела и пространства. Кэтрин и Хитклифф, трава и камни, ноги и пальцы. Кому из них больнее? Этот близорукий, почти тактильный подход творит с приевшимся каждому британскому школьнику романом удивительные вещи: строго следуя сюжету, Арнольд сокращает скучные подробности, смещает акценты и перекраивает диалоги, в итоге оставляя главное - инфернальную сущность… История отношений двух людей, рассказанная Арнольд, складывается из фрагментов, шорохов и шепотов, и эта физическая сторона романтики неуловимо приводит всю метафизику первоисточника к одному знаменателю: асоциальность обусловливается тоской по чужим волосам, озлобленность - невозможностью их погладить. Зло станет правдой, правда злом взовьется в воздухе гнилом» (Анна Сотникова, «Афиша»).

«Крах отношений и трагедия убеждённого романтизма видятся режиссёру каким-то лишним и ненужным отягощением материала. Главное здесь - скрупулёзное внимание к деталям: потрескавшиеся губы крупным планом, грязь под ногтями, стрекот сверчков и осыпавшаяся штукатурка. Её камера дрожит, симулируя рассредоточенность хитклиффовского взгляда, прячется во тьме и постоянно отвлекается - вдруг фокусируясь, стоит герою приблизиться к такому недоступному объекту желания. Желания столь сильного и столь телесного, что от его мощи буквально мрёт все вокруг - и звери, и, в конечном счёте, люди. А это уже наблюдение, которое составило бы славу далеко не только литературе для интеллигентных барышень» (Заира Озова, timeout.ru).

«Арнольд выбрала из романа только небольшую часть, сделав акцент на полудетской любви героев. Хиндли дерётся, уезжает учиться, возвращается с женой, теряет её, спивается и разоряется - на всё это уходит минут десять экранного времени. Мистер Эрншо умирает, два раза кашлянув. Так же быстро сходят в сырую землю, промоченную бесконечными дождями, другие персонажи. Благополучная соседская семья Линтонов, куда Кэти пойдёт замуж без любви, показана мельком из окна или из-за прикрытой двери. Потому что всё это увидено глазами Хитклиффа, а они хотят видеть только Кэти. Да и вообще это взгляд не вполне человеческого существа. Возможно, так избирательно видит мир собака, на разрыв сердца привязанная к хозяину. А может - вампир, жаждущий крови» (Ирина Любарская, «Итоги»).

«Новый «Грозовой перевал» - история взросления Хитклиффа, который в версии Арнольд настолько чужероден приёмной семье, что она делает его чернокожим. Этот приём не выглядит спекуляцией - с одной стороны, так пришелец действительно отделяется от остальных героев, с другой - режиссёр очень деликатно, но очень внятно связывает классический роман с сегодняшним днём. Отталкиваясь от внушительного количества слов, Арнольд создаёт произведение в первую очередь визуальное; это осязаемая, но поэтизированная реальность северной провинции, в которой человек существует в постоянном единении и противоборстве с природой» (Мария Кувшинова, openspace.ru).



Сегодня


ОДНОЙ ВОЛШЕБНОЙ НОЧЬЮ12 - 18 декабря



Скоро


РЕАЛЬНАЯ ЛЮБОВЬ В НЬЮ-ЙОРКЕ19 - 25 декабря

     

Оцените нашу работу
















© 2009, кинотеатр «Орлёнок»

Карта сайта
Нижний Новгород, ул. Б.Покровская, 39-а
e-mail: orlenok-kino@mail.ru
Автоинформатор: 4-11-15-67
создание сайта