ЧужойЧУЖОЙ
(«Alien», Великобритания-США, 1979)
Режиссёр: Ридли Скотт.
В ролях: Сигурни Уивер, Том Скерритт, Иэн Холм, Джон Хёрт, Гарри Дин Стэнтон, Вероника Картрайт, Яфет Котто, Боладжи Бадеджо, Хелен Хортон, Эдди Пауэлл
Жанр: фантастический триллер.

2122 год. Возвращающийся на Землю грузовой космический корабль «Ностромо» перехватывает исходящий с неизвестной планеты загадочный сигнал. Компьютер модели «Мать» будит команду, пребывавшую в криогенном сне. Экипаж, в соответствии с инструкциями, обязан найти и исследовать источник сигнала. Оказавшись на планете, астронавты обнаруживают заброшенный инопланетный корабль и сталкиваются с нападением неизвестного биологического организма…

Идея фильма «Чужой» возникла у сценариста и режиссёра Дэна О’Бэннона, после того как он разочаровался реализацией своего первого сценария «Тёмная звезда» (1974), который поставил Джон Карпентер. О’Бэннон придумал историю об инопланетянине на космическом корабле. Его соавтор Рональд Шусетт предложил идею инопланетного эмбриона, вживлённого в одного из членов экипажа, посчитав это интересным сюжетным поворотом, позволяющим инопланетянину проникнуть на борт корабля. Проект получил рабочее название «Звёздная тварь», однако оно не удовлетворяло О’Бэннона, который переименовал его в «Чужой», обнаружив, насколько часто это слово встречается в сценарии. Ему и Шусетту понравилась простота нового названия и его двойной смысл (в английском, как и в русском языке это слово является одновременно как существительным, так и прилагательным). При написании сценария О’Бэннон и Шусетт черпали вдохновение из множества предыдущих произведений в жанре научной фантастики и ужасов.

Подготовив первую редакцию сценария, О’Бэннон и Шусетт попытались её продать, рекламируя свою идею как «Челюсти» в космосе». Они с самого начала рассчитывали на трэш-студию Роджера Кормана, известную по малобюджетным фантастическим и мистическим лентам, но перед самым подписанием договора соавторам предложила более выгодный контракт студия «Brandywine», сотрудничавшая с голливудским гигантом «Fox» и основанная режиссёром Уолтером Хиллом (будущим постановщиком «48 часов», «Миллионов Брюстера» и «Красной жары») и его друзьями-продюсерами Гордоном Кэрроллом и Дэвидом Гайлером. Хилл и Гайлер остались недовольны сценарием и внесли в него множество правок и изменений: сменились имена персонажей, главный из которых стал женщиной, появился новый член экипажа - шпион-андроид Эш, в фильме появился социальный подтекст. Несмотря на многочисленные переписывания сценария, компания «20th Century Fox» не была убеждена в необходимости финансирования научно-фантастического фильма. Однако после успеха «Звёздных войн» в 1977 году интерес студии к научно-фантастическому жанру значительно возрос. «Чужой» получил зелёный свет от киностудии и стартовый бюджет в 4,2 миллиона долларов.

О’Бэннон надеялся, что ему позволят самому поставить «Чужого», но студия хотела, чтобы проект возглавил кто-то более опытный и известный. Очевидный претендент Хилл от картины отказался (ему не хотелось связываться со сложными спецэффектами), также отказались ещё несколько знаменитых претендентов (Питер Йетс, Джек Клейтон, Роберт Олдрич), видевшие в «Чужом» заведомо второсортный, полутрэшевый «фильм о монстре». В то время британский постановщик Ридли Скотт представлял на Каннском МКФ свою первую полнометражную работу, историческую драму «Дуэлянты». Картина принесла Скотту приз за лучший дебют и заставила обратить на постановщика внимание продюсерского трио «Чужого». Ридли Скотт («Бегущий по лезвию», «Тельма и Луиза», «Солдат Джейн», «Гладиатор», «Ганнибал», «Падение «Чёрного ястреба», «Царство небесное», «Гангстер», «Робин Гуд», «Прометей», «Советник», «Марсианин», «Чужой: Завет») с радостью согласился поставить «Чужого», так как разработка проекта, над которым он работал, зашла в тупик. По словам Скотта, вдохновением для съёмок «Чужого» ему послужили «Звёздные войны: Эпизод 4 - Новая надежда» (1977) и «2001 год: Космическая одиссея» (1968) за изображение космоса, и «Техасская резня бензопилой» (1974) за атмосферу страха. Студия «20th Century Fox» увеличила бюджет фильма в два раза (с $4,2 миллионов до $8,4), после того как Скотт показал свои раскадровки.

Подбирая актеров, Скотт искал не просто тех, кто будет убедителен в ролях «космических дальнобойщиков» (то есть гламурные красавцы и красавицы сразу отпадали), а еще и тех, кого не нужно будет в каждой сцене держать за ручку. Режиссёр понимал, что у него будет масса технических проблем с созданием «Чужого», и он не хотел тратить лишнее время на работу с неопытными актёрами. К тому же кинокритик Роджер Эберт отметил, что актёры в «Чужом» были старше, чем в других фильмах этого жанра того времени, что помогло сделать персонажей более убедительными, ведь задумка авторов звучала как: это не авантюристы, а рабочие, нанятые для доставки 20 миллионов тонн руды на Землю. Дополнительный эффект реализма достигался за счёт того, что зрители видели в героях самих себя, обычных работяг, с их повседневными заботами на фоне мира будущего.

Изначально на роль главной героини Рипли хотели взять известную актрису, но пример вышедших раннее «Звёздных войн» показал, что фильм может сделать большую кассу и с участием не слишком неизвестных актёров. Продюсеры рассматривали кандидатуру Мерил Стрип, которая на тот момент была очень популярна после выхода «Охотника на оленей» и «Манхэттена». Но Стрип тогда переживала личную трагедию: её возлюбленный, актёр Джон Казале, недавно умер от рака. Продюсеры посчитали, что было бы неуместно привлекать её к работе в такой момент, особенно над мрачным фильмом ужасов. Сигурни Уивер, никому не известная актриса, имевшая гораздо больший опыт работы на Бродвее, чем в кино, явилась на прослушивание с опозданием, в вызывающе длинных, по самые бедра, сапогах, какие носили только проститутки, что, однако, не помешало Ридли Скотту рассмотреть в ней будущую Рипли. Она пробовалась на роль одной из последних, поэтому большая часть её кинопробы проходила непосредственно в студии в ходе монтажа декораций. Роль Рипли стала первой главной ролью Уивер в кино и принесла ей номинацию на премию «Сатурн» за лучшую женскую роль, а также премию BAFTA в номинации «самый многообещающий новичок в главной роли».

Роль Рипли изначально предлагалась и Веронике Картрайт, у которой уже был опыт съёмок в фильмах ужасов и фантастических картинах - в частности, она снималась в фильме «Птицы» и «Вторжение похитителей тел». Картрайт узнала о том, что она не получила главную роль, только тогда, когда её попросили прийти на съёмочную площадку для примерки нескольких костюмов её героини, Ламберт. Веронику раздражало, что её персонаж всё время ноет, но Скотт объяснил актрисе, что Ламберт «является воплощением страха зрителей». Том Скеррит, Гарри Дин Стэнтон, Иэн Холм, Яфет Котто — все они лично встречались со Скоттом и тщательно обсуждали свои роли, перед тем как дать согласие. Том Скеррит мог бы и не сыграть Далласа, если бы Харрисон Форд сказал «да». Но Форд, по-видимому, не хотел сниматься в ещё одном фильме о космосе так скоро после выхода «Звёздных войн» и отказался от роли. Скеррит неоднократно выражал недовольство тем, сколько времени требовалось Скотту на то, чтобы получить именно те кадры, которые он хотел. Как актёр, который очень ценил концентрацию, он, очевидно, чувствовал, что длительное время ожидания отвлекало его внимание и негативно влияло на его игру (правда, впоследствии он постоянно говорил в интервью, что это того стоило). Яфет Котто, который сыграл Паркера, был ещё более назойливым. Он любил импровизировать, что создавало проблемы для такой тщательно проработанной истории, и засыпал режиссёра идеями, которые не всегда было возможно реализовать. Самым худшим стал тот момент, когда он, как утверждается, изначально отказался умирать в тот день, когда снималась сцена смерти его персонажа. Он даже носился за Скоттом с криками: «Я не умру, чёрт возьми! Мой герой надерёт задницу этой твари». Одной из главных звёзд фильма должен был стать Джон Финч, получивший известность благодаря лентам «Макбет» Романа Поланского и «Безумие» Альфреда Хичкока. Однако уже в один из первых съёмочных дней он почувствовал себя плохо. Режиссёру срочно пришлось искать замену артисту. Тем же вечером Ридли Скотт выехал к Джону Хёрту. «Ридли устроил для меня крайне занятное представление, - вспоминает Хёрт. - Мне ничего не оставалось сделать, кроме как согласиться. Мы говорили о фильме до поздней ночи, а уже утром я был на съёмочной площадке».

Съёмки «Чужого» начались 5 июля 1978 года. Основная часть съёмок, в которых были задействованы актёры, прошла в Великобритании на студии «Shepperton». Съёмки моделей и миниатюр прошли на студии «Bray». Компьютерные спецэффекты тогда только зарождались, и потому в картине они не использовались. В общей сложности съёмочный период «Чужого» составил 14 недель, что на две недели больше изначально запланированного графика.

Визуальный мир «Чужого» - комбинация научно-фантастического, технологического видения дизайнеров Рона Кобба и Майкла Сеймура и мрачных и сюрреалистических работ Ганса Рудольфа Гигера. Первые создавали всё, что связано с Землей и людьми, Гигер же - предметы инопланетной расы (дизайн инопланетного космического корабля, космического Жокея, яиц, лицехвата, грудолома, взрослого Чужого). Дэн О’Бэннон и Гигер познакомились на разработке проекта Алехандро Ходоровского «Дюна», который так и не состоялся. О’Бэннона впечатлили болезненно мрачные и одновременно поразительно изящные иллюстрации Гигера из сборника «Некрономикон», одна из которых, изображающая хвостатого демона с огромным вытянутым черепом и острыми зубами, позднее легла в основу дизайна взрослого Чужого. Когда О’Бэннон познакомил Ридли Скотта с «Некрономиконом», тот понял: главная проблема фильма разрешена. Студия была против найма Гигера, так как её представители считали, что картины художника слишком странные, страшные и неприятные даже для космического хоррора. Но О’Бэннон и Скотт настояли на своём, и Гигер был нанят.Для изготовления лицевой части маски Чужого был использован настоящий человеческий череп, так как планировалось изобразить Чужого с глазами (Гигер даже сделал эскизы, где Чужой имеет гигантские гуманоидные глаза), но для съёмок картины было принято решение избавиться от них, дабы придать существу более зловещий вид. Была также идея сделать костюм Чужого прозрачным, чтобы показать его скелет и кровеносную систему. От этой идеи пришлось отказаться, потому что на практике задача по созданию такого костюма оказалась трудновыполнимой. Рон Кобб, делавший наброски для фильма, предложил, чтобы у чужого в качестве крови была кислота. Для крупных планов, итальянский мастер спецэффектов Карло Рамбальди («Кинг-Конг», «Инопланетянин») создал аниматронную голову Чужого с выдвигающимся вторым ртом и прочими нечеловеческими чертами. Всего в голове Чужого было около 900 движущихся частей. Для того чтобы пришелец лоснился, бутафоры использовали интимную смазку из секс-шопа.

В костюм Чужого мог облачиться британец Питер Мейхью, исполнитель роли Чубаки в «Звёздных войнах». В итоге эта роль досталась нигерийскому студенту-дизайнеру Боладжи Бадеджо, который был обнаружен в лондонском баре одним из членов съёмочной группы. Ридли Скотт считал, что Бадеджо с его ростом 218 см, сможет сыграть Чужого, так как его руки и ноги казались неестественно длинными, и создавалась иллюзия того, что под костюмом не мог быть человек. Бадеджо до начала фильма брал уроки пантомимы и занимался Тай-Цзи Цюань (китайская гимнастика). Он разработал характерную походку существа. Для сцен, где Чужой перемещается по кораблю, декорации помещений специально перестраивали под Бадеджо, для того чтобы облегчить его движения и предоставить ему больше мест, где можно спрятаться. Однако, несмотря на все усилия декораторов, Боладжи несколько раз рвал костюм чужого. «Чужой» - единственная роль в карьере Бадеджо, умершего от серповидноклеточной анемии в 1992 году.

Ридли Скотт хотел, чтобы космические твари выглядели максимально реалистично, однако в конце 70-х качество муляжей оставляло желать лучшего, поэтому материалом для изготовления яиц ксеноморфа и лицехвата служила натуральная требуха (бараньи и коровьи внутренности, моллюски, устрицы, кости рыб), поставляемая из продуктовой лавки. Правда, вести съёмки приходилось оперативно, «потому что всё это очень быстро начинало смердеть». Кстати, когда таможенники увидели модели лицехвата Г. Р. Гигера, то они были настолько шокированы, что немедленно задержали его на американской границе. Дэну О’Бэннону пришлось приехать в аэропорт Лос-Анджелеса и объяснить властям, что это - модели для фильма ужасов. Внешне яйцо Чужого, придуманное Гигером, было сделано из стеклопластика, в котором было больше стекла, чем пластика, так что оно казалось практически прозрачным. Самым же трудным было заставить это яйцо шевелиться. Для этого Ридли Скотту пришлось надеть резиновые перчатки и двигать внутри своими руками. Всего для сцены внутри инопланетного космического корабля было создано 130 яиц чужих. Лазерное голубое свечение, висящее в воздухе в эпизоде с хранилищем яиц, подарили фильму Роджер Долтри и группа «The Who». По совпадению, как раз в то время, когда Ридли Скотт на студии ломал голову над визуальным решением сцены, неподалёку музыканты экспериментировали с лазерами, готовясь к новому концертному туру. По просьбе режиссёра они одолжили ему оборудование, благодаря которому знаменитая сцена обрела дополнительную красоту и загадочность.

Изначально космический корабль должен был называться «Снарк» (фантастическое животное из поэмы Льюиса Кэрролла «Охота на Снарка»), затем название изменили на «Левиафан» (морское чудовище, описанное в Библии). В конце концов, было решено остановиться на «Ностромо» (название книги Джозефа Конрада, на итальянском «nostromo» означает «боцман»). Всего было сделано три модели «Ностромо»: средняя для средних и общих планов (длиной 1,2 метра), маленькая для видов сзади и показа тягача в масштабе с заводом (30 см) и самая большая для сцен отлёта от завода и приземления на планетоид (около 4 метров в длину - для крупных планов). Из-за ограниченного бюджета для создания интерьера «Ностромо» использовались старые детали разрушенных самолётов времен Второй мировой войны, также были использованы различные пластмассовые формы, которые поставляет для любителей моделирования компания EMA (200 наборов для создания американских космических шаттлов, 20 наборов TIE-истребителей и столько же наборов с моделями R2-D2 из «Звёздных войн»). Для изображения интерьера космического корабля Скотт распорядился возвести целостные декорации такого мегаломанического размера, что покинуть съёмочную площадку актёры могли, только если преодолевали бесконечные коридоры звездолёта. Для того чтобы коридоры корабля казались ещё длиннее, использовался простейший трюк - установка зеркал. Ощущение запертости внутри декорации нервировало актёров, добавляя их поведению перед камерой реализма.

Космические костюмы, в которые одеты Том Скеррит, Джон Хёрт и Вероника Картрайт, были чрезвычайно неудобны, сделаны из нейлона и не пропускали воздух. Актёры, одетые в такие костюмы, изнывали от невероятной жары и очень часто падали в обморок. На съёмках постоянно присутствовала медсестра. Только после того, как для съёмок одной из сцен в костюмы одели детей Ридли Скотта и оператора картины, и они также потеряли сознание, были внесены некоторые изменения в дизайн костюмов.

В роли Джонси вместо одного снималось четыре одинаковых кота. Сцена, в которой кот сначала выходит навстречу персонажу Гарри Дина Стэнтона, а потом начинает шипеть, видя Чужого за спиной человека, снималась с участием собаки, которую сначала закрыли от кошачьих глаз, а потом неожиданно убрали загородку.

Сцена «рождения» Чужого была снята на четыре камеры за один дубль. Актёрам лишь в общих чертах, не вдаваясь в подробности, рассказали о том, что будет происходить в данной сцене. Вероника Картрайт не знала, например, что на неё струёй брызнет кровь, и её реакция в кадре была совершенно естественной. Вопль, который издает новорожденный Чужой, – это комбинация звуков шипения гадюки, визга свиньи и плача ребёнка.

Оператор Дерек Ванлинт, в основном работавший в рекламе, после «Чужого» снял ещё лишь две картины.

Ридли Скотт хотел, чтобы музыку к фильму написал Исао Томита, но «Fox» утвердили знаменитого Джерри Голдсмита. Голдсмит хотел создать атмосферу романтизма и лирической тайны, которая по ходу действия развилась бы в тревожный ужас. Но такая главная тема Скотту не понравилась, и Голдсмит переписал её «очевидным образом: жутко и странно». Монтажёр Терри Роулингс добавил к этому немного музыки Голдсмита из его предыдущих фильмов, другие фрагменты были сокращены или заменены в сценах, для которых были предназначены, а для финальных титров был взят кусок из Второй («Романтической») симфонии Говарда Хэнсона (разрешения у него не спросили, но в суд он всё же решил не подавать, хоть и был крайне недоволен). Джерри Голдсмит был в ярости, узнав, что Скотт и Роулингс существенно изменили его музыку.

Первый вариант финала предполагал просто побег Рипли на спасательном шаттле, однако Скотту такое завершение не нравилось. В итоге постановщик выпросил у студии четыре дополнительных съёмочных дня, чтобы снять четвёртый акт и надстроить сюжет ещё одним мини-финалом, который, по его мнению, должен был «поменять структуру всего фильма». «Ложные концовки», после которых идёт настоящий финал, стали после этого в хоррорных и саспенсных картинах весьма частым явлением. Рассматривался, как говорят, и другой, совершенно противоположный вариант заключительной сцены, согласно которому проникший в спасательный челнок ксеноморф откусывал Рипли голову и, имитируя её голос, пытался установить связь с Землей. Скотт действительно во время съёмок высказал вслух мысль о подобном финале, но никто из членов съёмочной группы не поддержал эту идею, и поэтому такой финал в расчёт больше не брался.

Скотт отснял много материала, который в итоге не вошёл в фильм. Большую его часть составили моменты, которые были малопригодны для фильма - разные дубли (Скотт делал их в большом количестве), обрывки диалогов, разные ракурсы Чужого, в которых он был все же больше похож на человека в костюме. Несколько моментов были вырезаны из-за возрастного рейтинга. Режиссёрская версия фильма (названная так, исходя лишь из коммерческих соображений), вышедшая в 2003 году, стала возможной благодаря 100 коробкам с пленками картины, обнаруженным на одном из складов студии. Продолжительность режиссёрской версии составляет 1 час 55 минут 41 секунду, прокатной - 1 час 56 минут 32 секунды. Между тем, сам Ридли Скотт режиссёрской версией считает первоначально смонтированный в 1979 году вариант в 192 минуты, который не сохранился.

Премьера фильма «Чужой» состоялась в США 25 мая 1979 года. Когда картина увидела свет, на протяжении нескольких дней у Египетского театра Граумана в Лос-Анджелесе стояла непрекращающаяся очередь из желающих попасть на сеанс. При этом некоторые зрители в панике выбегали из зала, будучи не в силах выносить насилие на экране. В первый уикенд фильм заработал чуть больше $3,5 миллионов – всего в 91 кинотеатре. С этого момента началось победное шествие «Чужого» по кинотеатрам в качестве обязательного к просмотру фильма в Америке. К началу июля прокат достиг своего пика, расширился до 757 кинотеатров. Все лето он отлично показывал себя, стабильно принося прибыль и привлекая зрителей. 11-миллионная лента заработала в мировом прокате 105 миллионов долларов – в четыре раза меньше, чем «Звёздные войны», но это всё равно был потрясающий результат (при сравнении с сегодняшними цифрами надо учитывать инфляцию и меньшие цены на билеты).

«Чужой» стал обладателем «Серебряной раковины» за лучшую работу оператора и спецэффекты на МКФ в Сан-Себастьяне, премий Британской академии за лучший звук (Деррик Литер, Джим Шилдс и Билл Роу) и лучшую работу художника-постановщика (Майкл Сеймур), премии «Оскар» за лучшие визуальные эффекты (Ганс Гигер, Карло Рамбальди, Брайан Джонсон, Ник Алдер и Дени Айлинг), премии «Сатурн» за лучший научно-фантастический фильм, лучшую режиссуру и лучшую актрису второго плана (Картрайт). Фильм Скотта стал первым в истории блокбастером, удостоившимся серьёзных аналитических исследований с самых разных позиций - по его поводу высказывались и феминисты, и марксисты, и фрейдисты. В 2002 году фильм был включён в Национальный реестр фильмов США.

Успех «Чужого» привел студию «Fox» к финансированию трёх прямых сиквелов. Это «Чужие» (1986) Джеймса Кэмерона, «Чужой-3» (1992) Дэвида Финчера и «Чужой-4: Воскрешение» (1997) Жан-Пьера Жене. Также увидели свет «кроссоверы» «Чужой против Хищника» (2004) и «Чужие против Хищника: Реквием» (2007). В 2012 году Ридли Скотт снял фильм «Прометей» (сам Скотт подчёркивал, что «Прометей» не является прямым приквелом «Чужого»), который рассказывает историю появления Чужих как вида. В 2017 году эта новая серия была продолжена фильмом Скотта «Чужой: Завет». Ещё «Чужой» послужил поводом для создания серии комиксов, книг, компьютерных игр и игрушек.

2 марта 2019 года был совершен демонстрационный беспилотный запуск космического корабля «Dragon 2». Вместо экипажа на нём был отправлен манекен, который в честь героини фильма «Чужой» назвали Рипли.


ДЭН О’БЭННОН:
«Я не крал «Чужого» у кого-то, я украл его у всех сразу».
«Гигер показал мне альбом со своими эскизами, которые меня очень впечатлили… Я никогда раньше не видел ничего более жуткого и в то же время прекрасного, чем его работы. Так что я написал сценарий про монстра Гигера… А ещё он сразу же предложил мне опиум. Я спросил его: «Зачем ты принимаешь эту гадость?» Он ответил: «Я боюсь своих фантазий. Хочешь сказать, что они всего лишь в моей голове? Но именно это меня и пугает».

РОНАЛЬД ШУСЕТТ:
«Гигер был прямо как граф Дракула. Всегда одевался во всё черное. Среди съёмочной группы ходили даже ужасные слухи, что он хранит дома скелет своей невесты, которая покончила жизнь самоубийством. Мы-то с Ридли и Дэном подружились с ним, а все остальные думали, что он очень странный, и побаивались его».

ГАНС РУДОЛЬФ ГИГЕР:
«У меня не было опыта работы с большими фильмами. Мне казалось, что всё можно сделать с помощью моделей и миниатюр. Но это не так. Если у вас в кадре ходят люди, нужно всё строить в натуральную величину».
«Я работал промышленным дизайнером в Цюрихе, поэтому, когда мне сказали, что должен представлять из себя Чужой, я представил его в функциональном смысле. Я сконструировал лицехвата с хвостом-пружиной, чтобы он мог выпрыгивать из яйца. Также у лицехвата есть конечности, чтобы удерживать голову человека. Он представляет собой довольно практичную биологическую форму».
«Думаю, что сцена с рождением ксеноморфа была самой сложной и сильной во всём фильме. На этого монстра меня вдохновили работы Фрэнсиса Бэкона… В 1945 году он написал картину «Распятие», и на ней изображена тварь, голова которой – одновременно и её рот. Ридли сказал, что хочет нечто подобное. Это было логично. Это существо должно было буквально прогрызть свой путь сквозь грудь человека. И зубы для него важнее всего. Я сделал несколько вариантов грудолома… Сначала грудолом походил на курицу без оперения. Этим я был недоволен. Потом на динозавра, и это было ещё более ужасно. Но стоило мне отрезать ему ноги, у него остались только хвост и голова. Это было идеально… Он стал выглядеть как длинный череп взрослого Чужого - длинный череп с зубами и хвостом».
«В первом варианте дизайна Чужого у него были большие чёрные глаза. Но кто-то сказал, что он слишком похож на... как это называется… Ангела Ада; всего в чёрном и в чёрных очках. И тогда я подумал: он будет ещё страшнее без глаз! Мы сделали его слепым! Поэтому, когда камера приближается, вы видите только дыры в черепе. Вот теперь это было действительно жутко. Потому что, понимаете, даже без глаз он всегда точно знает, где находятся его жертвы, и он атакует прямо, внезапно, безошибочно. Как змея. Тогда я начал думать. У этого длинного черепа должно быть какое-то назначение. Я подумал: надо сделать так, чтобы Чужой мог высовывать язык. Конец языка даже похож на голову грудолома. Видите мышцы и сухожилия челюсти? Мы сделали их из растянутых и разрезанных презервативов. Мы задействовали высокого темнокожего человека и сделали слепок его тела, чтобы сконструировать костюм Чужого. Мы создали детали из пластилина и даже нескольких настоящих костей – для грудной клетки. Также мы использовали трубки и другие технические штуки. Видите ли, я так работаю: он наполовину органический, наполовину технический. Чужой биомеханический».

РИДЛИ СКОТТ:
«После того как я увидел «Звёздные войны», я отменил фильм, над которым работал. Никогда в жизни не видел, чтобы зал так реагировал. Кинотеатр просто дрожал. Когда фильм закончился, я был так потрясён, что почувствовал себя невероятно несчастным. Это самый большой комплимент, который могу сделать. Я был несчастен много недель. Тогда я ещё не был знаком с Лукасом и всё думал: «Джордж, твою мать...» Потом кто-то прислал мне сценарий «Чужого».
«Чужой» появился буквально из ниоткуда, со студии «20th Century Fox». Я думаю, он был отвергнут примерно шестью режиссёрами. Понятия не имею, почему они не хотели за него браться. Это было их ошибкой, но, может быть, они просто не разглядели в нём то, что увидел я. Меня ошеломила простота и невероятная энергетика этой истории. Триллер буквально оживал с каждой прочитанной страницей. Я понял, что это то, что мне нужно».
«Три недели я потратил на раскадровку фильма. Я расписал по кадрам все мелочи. И тогда студия увеличила бюджет вдвое. В этом и заключается важность раскадровки, которую многие недооценивают. Руководство увидело, что в фильме не будет картонных декораций и людей в дешёвых резиновых костюмах. У меня было особое видение. В то время я был под сильным впечатлением от «Космической одиссеи». И, конечно, от «Звёздных войн». Но «Новая надежда» - это сказка. А я собирался сделать «Техасскую резню бензопилой» от мира научной фантастики».
«Мне странно слышать, что что фильм интересен лишь моим вкладом в визуальный ряд. Люди не должны недооценивать сам сценарий. Хилл, Гигер, О’Бэннон, Шусетт и др. очень детально проработали раскрытие каждого образа, чтобы сделать их более интересными: это большая редкость для большинства хорроров, обычно сами персонажи в них второстепенны. Поведение каждого из героев, их незатейливый язык и темы их диалогов - из этих деталей и состоят персонажи. К примеру, первый диалог экипажа, когда они только проснулись и обсуждали акции компании. Мне показалось, что он был очень естественным, придал человечности образам».
«Конечно же, большая загвоздка была в том, как должен выглядеть пришелец. Серьёзно, можно было бы ещё пару лет валять дурака и пытаться нарисовать что-то, что бы не было просто кочкой с когтями и шишками или не выглядело как огромный шар. Когда я пришёл на первую встречу с «Fox», у них там была книга «Некрономикон» Г.Р. Гигера. Мне стоило лишь пробежаться взглядом по паре страниц, чтобы понять - вот оно. Я в жизни не был ни в чём так уверен, как в том, что мне нужно, чтобы мы вместе работали над созданием «Чужого».
«Гигер физически не мог нарисовать все стадии развития Чужих; на это не было времени. Но он детально прорисовал четыре фазы. Он прорабатывал их в обратном порядке: сначала нарисовал взрослую особь, а затем придумал, как должен выглядеть детёныш. Он нарисовал взрослого чужого и яйцо – только само яйцо, без той штуки, которая из него вылупляется… Над проработкой образа грудолома мы работали несколько недель. Я точно знал, что он не должен быть какой-то странной субстанцией с бородавками, шишками и когтями. Большинство хорроров совсем не вызывает у меня чувства страха, а научно-фантастические фильмы кажутся мне весьма неубедительными - всё дело в спецэффектах. И я знал, что мне нужно их превзойти и сделать детёныша-Чужого правдоподобным. Мы решили, что голова эмбриона будет наклонена либо вниз, либо назад. В итоге голова была откинута назад, потому что это выглядело более отвратительно, похоже на рептилию и фаллос».
«Я довольно поздно выбрал актрису на роль Рипли. Кажется, Уоррен Битти тогда сказал: «Есть одна женщина, я видел её в театре - Сигурни Уивер. Ты должен с ней встретиться». Так что я позвонил ей, отправился в Нью-Йорк, она заходит в комнату, наверное, ростом под два метра, с высокой прической, так что выглядит ещё выше. Я рядом с ней словно карлик… Меня поразили её рост и характер. Обычно моя интуиция никогда меня не подводит. Я всё понимаю уже с того момента, когда актёр входит в комнату. А когда я увидел Сигурни, я знал, что передо мной стоит Эллен Рипли».
«Актёры хотели, чтобы я беседовал с ними по душам и всячески поддерживал. А я не должен был этого делать. Я хотел, чтобы они чувствовали себя незащищёнными. Чтобы они боялись. Поэтому я даже никогда не показывал им Чужого… Актёры очень хотели увидеть Чужого, но я не позволял им. Никто не видел существ вплоть до начала съёмок. Так что их удивление и ужас, которые вы видите на экране, подлинные!
Мы снимали сцену без Чужого, уводили актёров, готовились, звали актёров обратно и начинали с того момента, на котором остановились, постепенно приближаясь к необходимому уровню безумия. Вуаля! Реакции актёров были по-настоящему уникальны».
«В «Чужом», самом страшном фильме серии, монстра на экране немного. В основном потому, что у нас были ограниченные возможности. Все придумки упирались в какую-нибудь проблему. Как сделать костюм таким узким, чтобы при этом он не выглядел резиновым? Сегодня всё можно создать цифровыми способами. Идеально. Но в этом и потери. Если всё можно сделать идеально, это дарит громадные возможности. Тогда нужно следить за тем, чтобы не сделать всё слишком идеально, настолько, что теряется всякое правдоподобие».
«Для меня главное в «Чужом» - чувство клаустрофобии».
«Чужой» - это история выживания, один на один против неземного монстра».

СИГУРНИ УИВЕР:
«Когда мы снимали сцену, в которой мне надо было держать на руках кота Джонси, моё лицо внезапно сильно покраснело и начало буквально гореть. Я побежала в ванную, умылась и заплакала, посчитав, что у меня аллергия на Джонси. Я подумала: «Для Ридли было так тяжело найти четырёх одинаковых котов-актёров. Он же выгонит меня из фильма. Коты важнее Сигурни Уивер!» Но, к счастью, аллергия была на глицерин, который помогал нам имитировать пот».

ТОМ СКЕРРИТ:
(о Боладжи Бадеджо, исполнителе роли Чужого) «Этот бедный парень не мог снимать костюм ксеноморфа почти весь день. Но и нам приходилось непросто. Представьте, идёте вы с обеда и видите, как по коридору прогуливается Чужой и ведёт с кем-то напряжённые споры о политике».

ДЖОН ХЁРТ:
«Чужой» Ридли Скотта - это совсем другой жанр, нежели его продолжения. Более реалистичный подход, настоящий триллер. Поэтому фильм стал таким успешным. Эта история возможна, и она становится всё более реальной с новыми научными открытиями, поэтому и не устаревает по сей день, а наоборот, приобретает свежесть».


ПРЕССА:

«Что является главным достижением «Чужого»? То, что он называется «Чужой». Могли ведь назвать фильм «Звёздная тварь». Вот это было бы по-настоящему страшно…» (кинокритик Дэн Пул).

«В сущности, это фильм про дом с привидениями. Единственная разница заключается в том, что вместо старого мрачного дома – космический корабль… Все помнят момент, когда появляется это существо, потому что он был совершенно ошеломляющим и неожиданным. Я помню, как смотрел фильм со своей женой, и она была так напугана, что немедленно выбежала из зала. Впоследствии она признала, конечно, что фильм хороший и всё такое. Но она не смогла его вынести; не смогла спокойно жить с осознанием возможности подобного. Как будто она подумала: если может случиться такое, то может произойти и всё что угодно» (кинокритик Дэвид Томсон).

«Библейские отсылки, которые с ёрническим укором выискивают в каждой новой картине сэра Ридли? Их хватало и до того, как смерть брата заставила режиссёра везде видеть плотную ткань мироздания. «Чужой» начинается с тревожно-чарующей увертюры, пробуждения жизни, вылупляющихся из капсул криогенного сна людей. В этих координатах инженер по безопасности Кейн в исполнении Джона Хёрта выступает своего рода Адамом, который первым срывает запретный плот неизведанного – и гибнет. Смещение акцента с ксеноморфа на какого-то лощенного андроида с комплексом создателя? Картина не случайно называется «Чужой», а не «Ксеноморф», что позволяет теоретикам размышлять, не является ли подлинно чужим в этой истории андроид Эш… «Чужой» - торжество визуального, двухчасовой поток недоговоренностей, где можно разглядеть и критику корпораций, и космический ужас, и притчу об абсолютно чёрном зле, и завиральный сюжет про изнасилование. Визионёр Ридли Скотт подминает зрителя величием замысла, не уточняя, каким и чьим именно. Затем из этой герметичной формы начинают вылупляться продолжения…» (Алексей Филиппов, «GQ»).

«Чужой» – это фильм об изнасиловании, где жертвы – мужчины… В нём также показаны последствия этого изнасилования: беременность и роды. Это фильм, который очень сознательно играет с мужскими страхами перед женскими репродуктивными функциями» (Дэвид Макинти, автор исследования под названием «Прекрасные монстры», посвященного «Чужому»).

«Чужой», как и его последыши, представляет собой кино, с успехом работающее на многих уровнях восприятия одновременно: это и фантастический хоррор о звёздном одиночестве, и философская притча о Другом, и мелодраматический всхлип на тему «матери и дитя», и психоаналитическая фантазия о зубастом фаллосе, и даже производственная драма эпохи освоения глубокого космоса. В общем, универсальное кино, которое занятнее замысла и веселее любого прочтения… Стоило, конечно, подняться в вышние сферы, нанять в помощники художника Ханса Гигера и оператора Дерека Ванлинта (великого, а потому, кажется, в основном работавшего в рекламе), чтобы сотворить нечто запредельное, что не давалось хоррормейкерам в земных условиях. Чужой оказался выше любого маньяка, неостановимей любого Майкла Майерса - вместо морали пустота, вместо крови кислота. Неслучайно с таким сладострастием космическую тварь описывал андроид Эш - существо, умевшее ценить чужую холодность» (Василий Степанов, «Сеанс»).

«Чужой» был фильмом, который задал определённый визуальный канон (мрачный и индустриальный) для любого режиссёра, который бы захотел снять фильм о монстре в космосе. Не стоит забывать и о жуткой сцене, в которой из грудной клетки человека вырывался пришелец: она отражала страхи людей той эпохи. Но в конечном итоге всё дело было в Рипли. В образе сильной и решительной Сигурни Уивер. «Чужой» переосмыслил конвенции хоррора и осмелился поместить женщину в центр внимания. Будьте уверены: «Чужой» – это хоррор… В этом фильме очень неторопливый темп повествования, который только нагнетает ощущение, что вот-вот случится что-то страшное. Подобное больше присуще хоррору, чем научной фантастике. Это породило шутку Ридли Скотта о том, что в течение первых 45 минут в фильме ничего не происходит… Если студия «20th Century Fox» надеялась на ещё одни «Звёздные войны» (а есть данные, что так оно и было), она ошибалась. Герои «Чужого» не были воинами-джедаями или безрассудными пиратами – они были среднестатистическими «Джо», простыми работягами, скучающими в компании друг друга и смолящими сигареты перед экранами древних компьютеров» (Зен Брукс, «The Guardian»).

«Прошло сорок лет с момента выхода на экраны культового космического хоррора Ридли Скотта - а «Чужой» так же молод, свеж и страшен, будто был погружён в целительный криосон. Эффективность «Чужого» сегодня, когда индустрия ужаса зашла так далеко в конвейеризации пугалок, что зрителя уже ничем не удивить, заложена на двух уровнях. Аудиовизуально - фильм обволакивает постепенной конденсацией тревоги, по капле - до состояния липкой замкнутости и духоты; застилает атмосферой призрачных туманностей и ржавых теней, шорохов и капелей, выхваченных деталей и недосказанных подробностей (увидеть монстра целиком более-менее удаётся только в финале), потрясает рукотворными грандиозными декорациями и виртуозными трюками. Мифологически - фильм работает с архетипом Врага, заложенном в коллективном бессознательном. Кроме того, от чистой природной иррациональности ответвляются философские и этические переживания, связанные с человеком (а фантастика, так или иначе, всегда говорит о человеке в неизведанных условиях: его реакциях, выборе, путях)» (Александра Шаповал, postcriticism.ru).



Сегодня


НУРЕЕВ. БЕЛЫЙ ВОРОН20 апреля - 1 мая



Скоро


СИНОНИМЫ25 апреля - 1 мая

     

Оцените нашу работу
















© 2009, кинотеатр «Орлёнок»

Карта сайта
Нижний Новгород, ул. Б.Покровская, 39-а
e-mail: orlenok-kino@mail.ru
Автоинформатор: 4-11-15-67
создание сайта